Рейс 4J 225 авиакомпании «Сомон Эйр» накануне должен был вылететь из Душанбе в Ташкент, но узбекская сторона по неизвестной причине борт не приняла.
20 февраля в10.30 утра по местному времени в международном аэропорту Ташкента должен был приземлиться первый за 25 лет регулярный рейс из столицы Таджикистана Душанбе.
Рейс 4J 225 откладывался, по меньшей мере, три раза, о чем свидетельствовало онлайн-табло «Таджикаэронавигации».
В итоге Ташкент вовсе отказался принять самолет «Сомон Эйр». Позднее рейс отложили до 23 февраля.
Пассажиры, прибывшие в аэропорт Душанбе в раннее время, вынуждены были прождать до 14.30.
Всем им оформлен возврат денежных средств, а некоторым переоформлен билет до Худжанда, на севере страны, откуда в сторону границы с Узбекистаном ходит наземный транспорт.
Ташкент хранит молчание
Как пишет РИА «Новости» со ссылкой на первого заместителя генерального директора «Сомон Эйр» Алишера Рустамова, рейс отменили по вине узбекской стороны.
«Первый регулярный рейс, который должен был вылететь утром в понедельник с 26 пассажирами на борту, не смог совершиться из-за отказа принять рейс международного аэропорта города Ташкента», – сказал замглавы компании.
О причинах отказа Ташкент якобы не уведомил. В пресс-службе узбекского национального перевозчика отказались комментировать произошедшее.
10 февраля 2017 года из Душанбе в Ташкент прибыл технический рейс с таджикской делегацией на борту. Вместе с представителями Somon Air и авиационными властями Таджикистана в Узбекистан прилетели полтора десятка пассажиров.
Тогда и была достигнута договоренность о запуске с 20 февраля еженедельных рейсов Душанбе – Ташкент – Душанбе.
20 февраля должен был состояться первый регулярный рейс между столицами. Цена билетов составила 148 долларов. Их стоимость в Душанбе объяснили высокими налоговыми сборами ташкентского аэропорта.
Авиасообщение между странами прервалось в 1992 году в связи с гражданской войной в Таджикистане.
Восстановление авиасообщения стало возможным благодаря потеплению узбекско-таджикских отношений вскоре после смерти первого президента Узбекистана Ислама Каримова.