Новости, аналитика и мнения
из Центральной Азии

Контент

The Long Read: Жизнь в Таджикистане с клеймом «семья террориста»

Жена и дети Амрулло Нурова, осужденного за попытку переворота в Таджикистане, голодают и страдают от издевательств сограждан. Но есть и те, кто помогает им выжить.

Дилбар Гургова с детьми в съемной квартирев Душанбе; фото: Ц-1
Дилбар Гургова с детьми в съемной квартире в Душанбе; фото: Ц-1

Корреспондент Ц-1 встретился с Дилбар Гурговой, женой Амрулло Нурова, в ее съемной квартире в Душанбе. Уютным это жилье не назовешь: холодно, почти пусто, оборванные обои на стенах и полотно на окнах вместо занавесок.

Женщина с детьми ютится в одной комнате, посреди которой стоит обогреватель,  поддерживать тепло во второй – слишком дорого. Кроме обогревателя, из мебели в комнате – только телевизор на тумбочке. На полу расстелены курпача и одеяла – это и есть постели.

«Нужно думать, как поднимать детей»

Гургова – красивая молодая женщина с усталым и грустным взглядом. Она одета в национальную одежду, на голове завязан платок. О своей судьбе рассказывает почти без эмоций, будто смирившись со всем, что ей выпало.

«Я не знаю, как помочь своему мужу, – говорит она. – Написала президенту, мне говорят, что еще нужно писать, но не верю, что его отпустят. Сказала ему, что сделала все, что можно, что мне нужно думать, как поднимать детей».

Детей у Дилбар пятеро – четверо сыновей-погодков и младшая дочь. Сыновьям по 12, 11, 10 и 9 лет, дочке – 6 лет.

Пока мы беседуем, младший сын и дочка бегают босыми на холодную кухню, где температура – чуть выше, чем на улице.

Сын Дилбар Гурговой на кухне их съемной квартиры; фото: Ц-1
Сын Дилбар Гурговой на кухне их съемной квартиры; фото: Ц-1

Старший тихо лежит в углу, укутавшись в одеяло. Он не в школе – потому что воскресенье.

Когда речь заходит о детях, голос собеседницы дрожит, в глазах появляются слезы. Особенно когда они подключаются к разговору и вспоминают об отце.

Выбросил оружие и сдался

Амрулло Нуров в 90-х, во время гражданской войны, участвовал в оппозиционных вооруженных формированиях. После национального примирения начал мирную и спокойную жизнь.

Женился, завел детей, работал водителем в военной части, затем рабочим-автодорожником. Своего жилья у них не было, снимали комнаты в семейном общежитии на окраине Душанбе.

Эти годы Дилбар вспоминает как самые счастливые. «Жили небогато, но на жизнь хватало, и все у нас было хорошо», – говорит она.

Их маленькое семейное счастье закончилось в сентябре 2015 года. 4 сентября мужа вызвал его бывший командир Садриддин Негматов, они вместе куда-то уехали.

Как узнала потом Дилбар, они ездили в дом Ходжи Халима (генерал Абдухалим Назарзода, тогда замминистра обороны, его считают зачинщиком попытки государственного переворота – Ред.). Там им выдали оружие для участия в мятеже.

По ее словам, Амрулло и Садриддин взяли автоматы, но выбросили их по пути домой, потому что не собирались ни в чем участвовать.

Позже, когда мятеж был подавлен, по государственным каналам призывали сдаться всех, кто прятался. Обещали, что те, кто явился с повинной, будут освобождены от ответственности.

Негматов и Нуров отправились в милицию, показали место, где выбросили оружие, но были арестованы и осуждены. Бывший командир получил пожизненный срок, Нуров – 23 года тюрьмы.

Дразнили «сыновьями террориста»

Дилбар осталась одна – без средств существования и с клеймом «жена террориста», из-за которого от соседей доставалось даже детям.

«Соседские дети дразнили моих, называли «сыновьями террориста», издевались, – вспоминает Дилбар. – Я пожаловалась на одного из обидчиков его матери, но она заступилась за сына и тоже стала нас оскорблять».

Дело дошло до милиции, но, несмотря на то, что у Дилбар были зафиксированы побои, ее обидчица избежала ответственности. Ее выпустили по амнистии, едва дело было передано в суд.

Обидчица этим гордилась и продолжила травлю Дилбар и детей, к ней присоединились и другие соседки.

Женщина обращалась в милицию, но вместо защиты получала дополнительные проблемы.

Против Дилбар возбудили дело за нарушение закона «Об ответственности родителей», так как дети не посещали школу – мать не могла оплачивать различные родительские сборы.

Семью выжили из района

«Мне казалось, что наш отдел милиции только для меня создан, – печально шутит Гургова. – Мои жалобы на издевательства и побои не принимали. Зато претензиям ко мне сразу давали ход. Хотя я была виновата только в том, что не могла обеспечить детей всем необходимым».

В итоге соседи выжили семью из общежития – им пришлось переехать в другое место, спасаясь от постоянных нападок.

Впрочем, ехать было некуда. Прописки они, покинув общежитие, тоже лишились.

В сложной ситуации помощь неожиданно пришла из-за границы. Об их беде из таджикских СМИ узнал Иззат Амон, председатель Союза молодежи Таджикистана в России. Он пообещал ежемесячно оплачивать аренду жилья.

Спустя два месяца арендодатели вдруг попросили Дилбар срочно освободить квартиру, хотя изначально договаривались о долгосрочном съеме.

«Они узнали, кто мой муж и побоялись иметь дело с «семьей террориста», – говорит она.

Их вещи просто выставили на улицу, несколько дней женщине с детьми пришлось ночевать у добрых людей, пока не нашли другое место.

На обед – хлеб с жиром

Нынешняя квартира обходится им в 800 сомони, которые оплачивает благотворитель, примерно столько же ежемесячно нужно на жизнь. Но других денег в доме почти нет.

В комнате очень холодно, но обогреватель включают лишь изредка. «Мы еще за минувший месяц задолжали 140 сомони», – объясняет Дилбар. Ее случайных заработков на жизнь не хватает.

«Я с этой работой только радикулит себе заработала, – говорит она, – а вчера со мной совсем не знаю, что было, – сердце сжималось и ноги отказывали. Это все нервы. Я не справляюсь со всем этим и сильно переживаю».

Многодетная мать пытается найти другую работу, чтобы зарабатывать больше, кормить и одевать детей. Мечтает подлечить одного из сыновей – у него псориаз, врачи советуют ехать на Памир, к горячим источникам.

Зарабатывать пытаются и дети – бегают на рынок, помогают покупателям носить сумки. Дилбар просит их быть осторожными, чтобы не попасться милиции, иначе на нее опять могут завести дело. Но вовсе запретить им работать тоже не может, им сейчас нужен каждый сомони.

«Сын вчера заработал три сомони, купил на них самбусу и съел. Говорит: «Мама, так самбусы захотелось, я не сдержался». – «Как я могу его ругать?» – сдерживая слезы, рассказывает она.

В казане у семьи пусто. На обед в воскресный день – жир, который им дал продавец кур гриль, работающий неподалеку.

«Будем макать хлеб и есть», – разводит руками Дилбар.

Новогоднее чудо

Несмотря на все беды, свалившиеся на Гургову и ее детей, встречались им и добрые люди. Она очень благодарна Иззату Амону за крышу над головой.

На помощь государства им рассчитывать не приходится – в первую очередь из-за отсутствия прописки. А заново прописаться негде.

Иногда помогают родственники, хотя тоже живут очень бедно. В феврале брат Дилбар, работающий в России, прислал денег – на них купили муки.

Обращаться к бизнесменам, помогающим неимущим, наша собеседница опасается – говорит, что не хочет опять услышать в свой адрес фразу «жена террориста» .

Иногда благотворители появляются сами. «Под Новый год у нас совсем ничего не было, – рассказывает женщина. – Позвонил мужчина, спросил, где мы живем. Сказал: «Сестра, мы скоро приедем».

И действительно приехал. Принес 500 сомони и подарки детям – это был настоящий праздник!»

На прощание прошу разрешения сфотографировать семью, старший отворачивается к стене и укрывается одеялом.

«Он боится, что одноклассники увидят и будут смеяться», – объясняет Дилбар.

Источник:Ц-1
comments powered by HyperComments

Статьи по теме

Выбор редактора

Права человека

Узбекистан продолжает аресты за «посягательство на конституционный строй»

В Ташкенте был арестован 41-летний Абдуманноб Джураев. Правозащитники говорят о начале очередной «охоты» по 159-й статье «Посягательство на конституционный строй».

Узбекистан
Политика

Акбарали Абдуллаев – от баловня судьбы до арестанта

«Эта история началась в 2012 году. Я уехал из Узбекистана после того, как меня предупредили: «На тебя есть политический заказ», – начал свое выступление в суде Киева родственник семьи первого президента Узбекистана.

Узбекистан

Новости из Таджикистанa