Новости, аналитика и мнения
из Узбекистана

Контент

Что угрожает Узбекистану в связи со сменой власти?

Не террористы, а процесс передела собственности – самая большая угроза, стоящая перед Узбекистаном после Ислама Каримова, считают опрошенные Ц-1 эксперты.

На автобусной остановке в Ташкенте, август 2016; фото: Ц-1
На автобусной остановке в Ташкенте, август 2016; фото: Ц-1

Проблема радикального ислама и терроризма – преувеличена, страну ждет передел собственности и рост социального напряжения из-за кризиса в Казахстане и России.

Но внешне после смерти Ислама Каримова мало что изменится: жители страны не готовы к быстрой либерализации и фактически страна может пойти двумя путями – недолгой либерализации по азербайджанскому образцу или еще больше закрыться от мира, как это было в Туркменистане.

Кто отвечал:

Камолиддин Раббимов – политолог, проживает во Франции.
Сергей Данилов – политолог, заместитель директора Центра ближневосточных исследований, экс-редактор журнала «Центральная Азия» (Украина).
Тошпулат Юлдашев – политолог, проживает в США.
Стив Свердлов – исследователь международной правозащитной организации Human Rights Watch по Центральной Азии.

Вопросы и ответы:

Назовите главные угрозы, которые актуальны для Узбекистана в связи со сменой власти?

Камолиддин Раббимов: Фундаментальная проблема новых властей Узбекистана связана со сложной социально-экономической ситуацией: в стране высокий уровень безработицы, зарплаты низкие, в сельском хозяйстве сохраняется система принудительных госзаказов.

Быстрый демографический рост Узбекистана подразумевает выстраивание такой политсистемы, при которой нация смогла бы создавать и эффективно распределять национальное богатство. Ислам Каримов так и не осмелился провести социально-экономические реформы.

Сергей Данилов: Главная угроза для Узбекистана – начало внутриэлитной борьбы.
Будут ли региональные и клановые элиты так же подчиняться новому президенту, как Каримову? Авторитет последнего не оспаривался, но его система не учитывала потребности региональных элит.

Вторая угроза связана с тем фактом, что значительная часть граждан всю жизнь провела с одним главой государства, при котором любые проявления недовольства были запрещены. Вопрос только в том, как быстро найдутся люди, готовые возглавить протест. Повод искать не придется: от принудительной уборки хлопка до роста цен на основные продукты.

Наконец, третий фактор нестабильности – граница. На узбекской границе, в отличие от туркменской, не было прецедентов захвата талибами. Но политическое межсезонье в Узбекистане может спровоцировать радикалов проверить границу на прочность.

Ташпулат Юлдашев: Главная опасность состоит в том, что режим Каримова держала в руках Служба национальной безопасности (СНБ) во главе с Рустамом Иноятовым. Численность этой структуры достигает 100 тысяч человек.

Но сейчас такое статус-кво не всех устраивает, и может начаться борьба за передел собственности и влияния. Сам Иноятов стоит перед сложным выбором: возраст не позволяет ему баллотироваться, но любой новый президент может убрать его из власти.

Именно так туркменский президент Гурбангулы Бердымухамедов поступил с приведшим его к власти главой спецслужбы. Повод найдется – спецслужбы ни дня не работали в правовом поле.

Стив Свердлов: Главная угроза для Узбекистана – продолжение практики нарушения прав человека с пытками, арестами и длительными сроками заключения. Сейчас для этой страны впервые за 20 лет открылось окно возможностей.

Международное сообщество должно выработать четкие критерии переходного периода и плана действий по демократизации страны. Первым делом я ратую за освобождение политзаключенных и открытие страны для правозащитников и международных организаций, а также проведение выборов по стандартам ОБСЕ. Хотя уже сейчас очевидно, что избирательная кампания будет идти под аккомпанемент принудительной уборки хлопка.

Чайхона в Ташкенте, август 2016 года; фото: Ц-1
Чайхона в Ташкенте, август 2016 года; фото: Ц-1

Насколько актуальна угроза терроризма?

Камолиддин Раббимов: Государственная оценка экстремизма и терроризма не соответствует реальным масштабам этих проблем: власти слишком преувеличивают. Такая система оценок стала обременительной для властей не только с точки зрения легитимности в глазах населения (подавляющее большинство граждан считает себя верующими) и не разделяет точку зрения властей.

Также она обременительна и во внешней политике: приоритет безопасности в геополитике обуславливал участие в межгосударственных структурах по безопасности, как ОДКБ, что в свою очередь, ограничивает суверенитет страны.

Конечно же, в любой мусульманской стране есть проявления религиозного экстремизма, но и в начале 90-х, и сейчас у террористов нет ресурсов для смены вектора государства. Иными словами, экстремизм и терроризм – всегда были факторами беспокойства, а не факторами угрозы. Задача новых властей сделать так, чтобы узбекистанцы не чувствовали себя ущемленными в своих религиозных правах и были лояльны государству без принуждений.

Сергей Данилов: Я пока не вижу этой угрозы. Но радикальные группировки в такой стране как Узбекистан всегда опасны тем, что дают социальный лифт, который не работает в государстве. Другими словами, в таких организациях быстро можно продвинуться и стать командиром.

Ташпулат Юлдашев: Узбекское общество – светское. Религиозный экстремизм давно стал пугалом для узбекистанцев. Больше вероятно, что борьбу с терроризмом власть использует для провокаций, чтобы упрочить свое положение и запугать репрессиями неугодных.

Стив Свердлов: Власти всегда преувеличивали проблему радикализации мусульман в стране. Мы не знаем, как на самом деле обстоят дела – Каримов не давал возможности изучать этот и многие другие вопросы. Сейчас необходимо изучить социальную базу экстремизма с помощью независимых экспертов: социологов, антропологов и религиоведов.

Насколько актуален рост трудовой миграции в связи с возможным экономическим кризисом и большим количеством людей трудоспособного возраста, которые не могут найти работу в стране?

Камолиддин Раббимов: Всевозрастающий демографический рост, нехватка рабочих мест внутри страны, размеры реальной заработной платы – все эти факторы приведут к тому, что темпы рабочей миграции из Узбекистана в ближайшие десятилетия останутся высокими.

Главный вопрос: куда поедут на заработки узбекистанцы, учитывая, что в России – рецессия и объем переводов снизился более чем на 50%. Такая же сложная ситуация и в Казахстане. Если экономика этих стран не вырастет, то социальная напряженность внутри страны может создать проблемы для новых властей Узбекистана.

Сергей Данилов: Основная угроза – неудовлетворенность людей своим социальным статутом. И хотя Узбекистан демонстрировал неплохие темпы роста, для полномасштабной модернизации страны этого недостаточно.

Ситуация напоминает страны Африки в 60–70-е, где также за 20 лет население увеличилось на треть. Без роста экономики и создания рабочих мест эти люди радикализируются и становятся основой протестов.

Ташпулат Юлдашев: Судя по отчетам властей, Узбекистан – процветающая экономика. Но на деле мы имеем принуждение и ограничение. Людей заставляют собирать хлопок, во время сельхозработ в стране невозможно заправиться бензином, зимой пропадает газ и электричество.

При Каримове терпели и боялись. Будет ли у новой власти такой авторитет, чтобы люди продолжили терпеть – пока под вопросом. Экономике нужен серьезный аудит и план выхода из кризиса.

Стив Свердлов: Ислам Каримов назвал мигрантов ленивыми, хотя они существенно пополняли бюджет страны. Если в Узбекистане не появятся новые рабочие места, о стабильности придется забыть.

Возможно ли дальнейшее ограничение прав и свобод, например, попытки контролировать соцсети, которые похоронили Каримова раньше времени и т. д.?

Камолиддин Раббимов: Кто бы ни стал следующим президентом Узбекистана, пока новые власти будут действовать по инерции, в рамках системы координат, выстроенной Исламом Каримовым.

Но когда новые власти станут полноценными хозяевами ситуации, начнется пересмотр наследия Каримова. Авторитарная природа политической системы останется надолго – это производная от социальной и политической культуры не только элиты, но и всего общества.

Маловероятно, что к власти Узбекистана могут прийти люди, которые захотят изменить политическую культуру узбекистанцев в сторону политической конкуренции и плюрализма.

Сергей Данилов: У новых властей Узбекистана будет выбор: провести либерализацию или продолжить реализовать принцип сильной руки. В свое время такой же выбор стоял перед Ильхамом Алиевым (президент Азербайджана – Ред.), и он выбрал либерализацию.

Но постепенно все свободы сворачивались, и дошло до того, что правозащитники его критикуют больше, чем отца. Похоже, что в Узбекистане скорее попробуют организовать показательные процессы, чем дать свободу СМИ. Напротив, в Туркменистане не стали играть в либеральные ценности и максимально контролируют интернет и соцсети. Это затратная вещь, но просчитывать такой вариант будут и в Узбекистане.

Стив Свердлов: Авторитарный режим держится на личности правителя. Новая власть побоится резко изменить ситуацию новыми ограничениями, в том числе интернета, который уже стал привычным для жителей страны.

Источник:Ц-1
comments powered by HyperComments

Статьи по теме

Политика

Шавкат Мирзиёев: с народом или Исламом Каримовым?

Движение народовластия Узбекистана «ПАХТА» призывает президента Шавката Мирзиёева начать расследование коррупции его предшественника Ислама Каримова, обеспечив полную прозрачность и публичность процесса.

Узбекистан
Политика

Президент Узбекистана Ислам Каримов и взятки от компании «Мерседес-Бенц»

Когда после провозглашения независимости Узбекистана Ислам Каримов пересел на бронированный «Мерседес», мало кто мог подумать, что машина была одной из взяток от немецкой компании, что ради таких подарков и откатов он начал продавать страну уже в первый год после развала СССР.

Узбекистан
Криминал

Коррупция Запада в Узбекистане: суть, стратегия, реальность

Немецкая компания «Мерседес-Бенц» коррумпировала президента Ислама Каримова в первый год независимости Узбекистана по той простой причине, что это и есть суть капиталистического Запада, заинтересованного только в сверхприбылях и деградации наших, по их определению, «дерьмовых стран».

Узбекистан
Политика

Какие именно подарки получал Ислам Каримов? Взятки и откаты? (видео)

С каждой суммы, которую Узбекистан переводил в Германию за купленные машины «Мерседес-Бенц», как минимум пять процентов возвращались в страну для Ислама Каримова, утверждает в интервью Ц-1 Альберт Буссонвиль.

Узбекистан

Выбор редактора

Права человека

Мутабар Таджибаева: «Народ не требовал изменений Конституции»

Известная правозащитница Мутабар Таджибаева в интервью Ц-1 говорит, что поправки в Конституцию Узбекистана - авантюра властей, народ же хочет соблюдение хотя бы действующего закона.

Узбекистан
Политика

Закат власти президента Узбекистана Шавката Мирзиёева

Приторная улыбка Шавката Мирзиёева сменилась кровавым оскалом, на горизонте траурное знамение… Авантюра с продлением президентского срока и расстрел каракалпаков - открыли ему врата в бездну, стали началом конца.

Узбекистан
Безопасность

Ташкент «лепит» из каракалпаков «красных», «наркоманов» и «террористов»

Власти Узбекистана начали фабрикацию своей версии произошедшего в Каракалпакстане, согласно которой протесты были организованы «красными», «наркоманами» и «террористами».

Узбекистан

Новости из Узбекистанa

Права человека

Мутабар Таджибаева: «Народ не требовал изменений Конституции»

Известная правозащитница Мутабар Таджибаева в интервью Ц-1 говорит, что поправки в Конституцию Узбекистана - авантюра властей, народ же хочет соблюдение хотя бы действующего закона.

Узбекистан
Политика

Закат власти президента Узбекистана Шавката Мирзиёева

Приторная улыбка Шавката Мирзиёева сменилась кровавым оскалом, на горизонте траурное знамение… Авантюра с продлением президентского срока и расстрел каракалпаков - открыли ему врата в бездну, стали началом конца.

Узбекистан
Безопасность

Ташкент «лепит» из каракалпаков «красных», «наркоманов» и «террористов»

Власти Узбекистана начали фабрикацию своей версии произошедшего в Каракалпакстане, согласно которой протесты были организованы «красными», «наркоманами» и «террористами».

Узбекистан