Городской суд Ташкента и присоединившийся к нему накануне суд Мирзо-Улугбекского района рассматривают дело о «мошенничестве» и «клевете» против Олима Сулаймонова.
Вчерашний день 51-летний Олим Сулаймонов, руководитель двух ташкентских частных бизнес-компаний – «Дурмон бизнес курилиш» и «Оптима», провел в беготне по судам.
В 10.30 он явился на слушания в суд по уголовным делам Ташкента, а в 14.30 – на процесс, начинавшийся против него по инициативе городской прокуратуры в уголовном суде Мирзо-Улугбекского района столицы.
О втором процессе Сулаймонов узнал лишь за день до него, когда ему позвонил судья по фамилии Камолов и заявил, что он должен явиться на слушания 2 февраля в качестве обвиняемого. На его возражения, что суд должен прислать повестку, судья отрезал, что его звонок – это «телефонограмма».
По словам Сулаймонова, в Мирзо-Улугбекском суде он сумел получить отсрочку до 8 февраля, аргументировав тем, что он и его адвокат должны иметь возможность для ознакомления с делом и сутью обвинения.
Основой для обоих судебных процессов стали события весны 2016 года. Когда, со слов предпринимателя, его компании подверглись проверке со стороны Юнусабадского районного департамента Ташкента по борьбе с налоговыми, валютными преступлениями и легализацией преступных доходов при Генеральной прокуратуре Узбекистана.
Эта проверка завершилась требованием к Сулаймонову со стороны сотрудника департамента Дильшода Хазраткулова перечислить 48 млн сумов на счета неизвестной ему фирмы, которую возглавляет некто Шавкат Мамарахимов.
Это было преподнесено так, что как будто Сулаймонов не выполнил обязательства по поставке продукции на эту сумму.
Но, по словам предпринимателя, выпускающего материал для медицинского оборудования, он нашел заявителя, который написал, что не имеет к нему никаких претензий, и получил товар на сумму 48 млн сумов.
В любом случае Сулаймонов был в итоге вынужден перевести 203 млн сумов на счета, которые указал ему Хазраткулов, но этим он не отделался. Счета его компаний были закрыты с апреля прошлого года. Условием их открытия была взятка в 30 тысяч долларов США.
Изменить ситуацию ему удалось лишь после смены руководства Узбекистана и сделанного Сулаймоновым в конце октября видеообращения в YouTube на имя тогда еще врио президента Узбекистана Шавката Мирзиёева.
Это обращение стало фурором: за считаные дни его просмотрели более 200 тысяч человек, что заставило отреагировать и Генеральную прокуратуру Узбекистана, куда он был вызван уже через пару дней. После приема в Генпрокуратуре счета его компаний были разблокированы, и предприниматель мог снова работать.
Что изменилось с этого времени, Сулаймонов не понимает. По его словам, возможно, департамент Генпрокуратуры хочет отомстить ему за огласку коррупции, в которой погрязли его сотрудники, а также не позволить изменить правила игры, когда частный бизнес берет верх над надзорным и карательным органом.
«Меня судят сразу два суда – это разве не абсурд, это натуральные репрессии», – говорит Сулаймонов. Он убежден, что не виноват в мошенничестве и не клеветал на сотрудника Генпрокуратуры посредством СМИ.
Предприниматель допускает, что департамент прокуратуры намерен судиться с ним в Мирзо-Улугбекском суде, так как чувствует себя там более уверенно.
Новоизбранный президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев старается обеспечить права частного бизнеса в Узбекистане, понимая его важность для восстановления экономики страны и будучи прекрасно осведомленным о коррупции среди надзорных органов.
Но его увещевания, похоже, не помогают, а ничего принципиального и реального в борьбе с коррупцией Мирзиёев пока не предложил.