Новости, аналитика и мнения
из Центральной Азии

Контент

Полипропиленовые мешки для Надежды Атаевой из Архангельской области РФ

Суд в Ташкенте по делу ОПГ Атаевых о воровстве в «Узхлебопродукте» упустил отягчающий момент о спекуляции импортировавшимися из России бумажными мешками, считает один из свидетелей дела.

Мирзанасир Рахимов - замдиректора фирмы "Фонд" - партнера "Узхлебопродукта"; фото: Ц-1
Мирзанасир Рахимов — замдиректора фирмы «Фонд» — партнера «Узхлебопродукта»; фото: Ц-1

Бывший преподаватель кафедры судебной медицины ТашМИ (Ташкентский медицинский институт) Мирзанасир Рахимов также являлся одним из учредителей и заместителем директора фирмы «Фонд».

Эта фирма была партнером государственной акционерной компании (ГАК) Узбекистана «Узхлебопродукт», когда в период с 1997 по 2000 год ее возглавлял Алим Атаев, отец Надежды Атаевой, ныне известной как президент ассоциации «Права человека в Центральной Азии».

Ц-1 говорит с Рахимовым в связи с предстоящим судебным процессом 8 июня в Париже, инициированным Надеждой Атаевой против своей землячки, известной правозащитницы из Узбекистана, бывшей политзаключенной Мутабар Таджибаевой о клевете и оскорблении с требованием компенсации в 8 тысяч евро.

Мирзанасир Рахимов говорит, что знает о прошлом клана Атаевых: сначала они всей семьей работали в «Узхлебопродукте», а в 2000 году бежали из Узбекистана в связи с возбуждением против них уголовного дела о создании организованной преступной группы (ОПГ), хищениях в особо крупных размерах средств, а также о приватизации собственности ГАК.

В 2013 году Атаевы – отец Алим, дочь Надежда и сын Кахрамон – Ташгорсудом были заочно приговорены к семи, шести и девяти годам лишения свободы соответственно.

Суд признал их виновными в нанесении ущерба экономике Узбекистана в составе преступной группы в особо крупных размерах – в миллионах долларов США и сотнях миллионов сумов.

Но процесс над Атаевыми совпал со временем, когда Надежда уже вела правозащитную деятельность из Франции (с 2006 года), и поэтому суд в Ташкенте был признан ею политически мотивированным.

Но, по словам Рахимова, в суде в Ташкенте рассматривалась не правозащитная деятельность Атаевых, а дела, которые они проворачивали в Узбекистане до апреля 2000 года, когда никакой правозащитной или оппозиционной деятельностью в жизни Атаевых не пахло.

В интервью Ц-1 Рахимов рассказывает, почему дело Атаевых было, по его мнению, чистой уголовщиной, часть которой при этом была замята.

– Мирзанасир-ака, какое отношение фирма «Фонд» имела к деятельности семьи Атаевых?

– Сначала – немного о «Фонде». Фирма базировалась в Ташкенте, но была очень большой: включала в себя более 30 филиалов по всему миру.

Мы занимались выпуском книжной продукции и переработкой корня солодки. Впоследствии Салих Юсупов, один из учредителей фирмы, обокрал весь трудовой коллектив: незаконно перевел в зарубежные банки миллионы долларов США.

При этом Юсупов и Атаевы тесно сотрудничали между собой. Я тогда занимался научной и организационной деятельностью по переработке солодки.

Но потом провел тщательное расследование и выяснил, какие именно операции проводил Юсупов, отвечавший за биржевые операции, а какие – Атаевы.

– Действительно, между солодкой, книгами и мукой мало общего…

– Дело в том, что в начале 90-х годов ГАК «Узхлебопродукт» испытывала огромный недостаток в бумажных мешках для упаковки муки.

И эти мешки поставлял московский филиал фирмы «Фонд» из Котласского целлюлозно-бумажного комбината Архангельской области России.

Мешки из России шли вагонами. В один вагон вмещалась 91 тысяча мешков общей стоимостью 40 тысяч долларов.

Из фирмы «Фонд» мешки по этой цене передавались на фирмы Алима Атаева и его родственников, а от них – подразделениям «Узхлебопродукта», которые уже тогда шли по завышенной вдвое, а иногда – по тройной цене.

Надежда, дочь Алима Атаева, в то время 30-летняя женщина, была менеджером фирмы NZI, главной специализацией которой как раз и была перепродажа мешков предприятиям «Узхлебопродукта» в регионах страны.

Всего семейству Атаевых было поставлено не меньше 200 вагонов мешков, не считая при этом вагонов с ДСП, ДВП, лесом и другими товарами. Все они также по данной схеме передавались подразделениям «Узхлебопродукта» по завышенным ценам.

– Это же миллионы долларов, отправленные в их карманы! Почему же данные факты не нашли своего отражения в уголовном деле 2013 года?

– Мне тоже непонятно до сих пор, почему следователи и судьи упустили этот период деятельности Атаевых.

Могу только предположить, что это было сделано умышленно. Тогда я лично и многие члены коллектива фирмы «Фонд» требовали от правоохранительных органов Узбекистана возбудить уголовное дело против Салиха Юсупова и взыскать с него украденные у нас и у государства деньги.

Юсупов, очевидно, давал немалые взятки правоохранительным органам, вот дело Атаевых и вышло «половинчатым». В ином случае им бы насчитали гораздо большую сумму ущерба и дали бы более солидные сроки.

– Вы можете документально доказать производимые ими операции с мешками?

– Салих Юсупов, я подозреваю, дал немало взяток, чтобы уничтожить архивы фирмы «Фонд» в Ташкенте. Даже полностью ухитрился вывезти весь архив московского филиала в Узбекистан.

Но преступник был не в силах уничтожить все документы, которые шли через таможню или остались в подразделениях «Узхлебопродукта».

При желании правоохранительные органы Узбекистана все эти документы могут снова поднять и начать новый процесс против деятельности Атаевых.

– А вы готовы дать показания в суде?

– Я был бы рад вернуть хотя бы часть денег, украденных Юсуповым, поэтому готов дать любые правдивые показания по делу Атаевых.

Надежда Атаева не ответила на запрос Ц-1 по поводу высказываний Мирзанасира Рахимова.

Редакция выслала ей следующие вопросы:

1. Что вам известно о сотрудничестве «Узхлебопродукта» и «Фонда»?

2. Правда ли, что «Фонд» поставлял мешки для «Уздонмахсулот» из Архангельской области России, которые шли в компанию через вашу фирму NZI?

3. Правда ли, что ваша фирма затем продавала их ГАК «Узхлебопродукт» по завышенной цене?

4. Что вам известно о Салихе Юсупове? Вам известно, где он проживает сейчас, поддерживает ли ваша семья с ним контакты?

5. В какой период времени вы получали мешки через фирму «Фонд»? В каком объеме?

6. Когда вы начали свое производство полипропиленновых мешков? В каком объеме их выпускали? Кто были ваши покупатели?

В 2014 году Надежда Атаева в разговоре с главным редактором Ц-1 Галимой Бухарбаевой призналась, что занималась продажей в Узбекистане полипропиленовых мешков для предприятий «Узхлебопродукта», но не смогла ответить на вопрос, каким образом она получила такое право, как минимум без непотизма.

Источник:Ц-1
comments powered by HyperComments

Статьи по теме

Криминал

Андижанский морг: Умиджон Абдуназаров в сотрудниках не значился

Андижанская областная больница утверждает, что проживающий во Франции кокандец Умиджон Абдуназаров не значился среди ее патологоанатомов, сообщает правозащитный комитет «Апелляция».

Узбекистан

Выбор редактора

Новости из Узбекистанa