Новости, аналитика и мнения
из Центральной Азии

Контент

Правозащитник Азам Фармонов – о «Жаслыке» и тыквах

Правозащитник Азам Фармонов 11 лет заключения провел в «Жаслыке» – самой зловещей колонии Узбекистана, теперь он уже год на свободе и… выращивает тыквы.

img_3267
Азам Фармонов после выходы на свободу с детьми; фото: Уктам Пардаев

Азам Фармонов был председателем Сырдарьинского отделения Общества прав человека Узбекистана (ОПЧУ), когда в 2006 году был обвинен по статье 165 Уголовного кодекса Узбекистана – «Мошенничество» – и приговорен к 9 годам лишения свободы.

В 2015 году «за постоянное нарушение дисциплины» в колонии его срок был увеличен еще на пять лет.

3 октября 2017 года Фармонов вышел на свободу наряду с другими политзаключенными после смены власти в стране.

Все 11 с половиной лет заключения Азам провел в «Жаслыке» – самой суровой колонии страны, о которой говорили: «Пойдешь – не вернешься».

О том, какие воспоминания у него сохранились о «Жаслыке», как он провел год на свободе, какие планы на будущее – в интервью нашего корреспондента.

– Азам, о печально известном «Жаслыке» говорено-переговорено достаточно. Но у каждого свое видение, особенно у правозащитника. Что бы вы сказали вкратце о своих годах, проведенных там?

– 6 июля 2006 года передо мною открылись ворота «Жаслыка». Думаю, что эта колония отличается от всех других мест лишения свободы в Узбекистане. И прежде всего с экологической точки зрения: она расположена в зоне Приаралья, в Каракалпакстане.

С другой стороны, в «Жаслыке» «поставлены на поток» не только физические пытки, но и психологические, которые заранее спланированы и доведены до совершенства, можно сказать, организованы с умом. Справедливости ради должен сказать, что не все одиннадцать с половиной лет, которые я провел там, наблюдалась такая ситуация.

Например, в последние годы физические пытки заметно ослабли, но психологические оставались почти на прежнем уровне.

– Что вы имеете в виду под словом «психологические»?

– В зоне отсутствовало одно из важнейших прав не только заключенного, но вообще каждого человека – право на обращение с ходатайством или жалобой в вышестоящие инстанции.

Например, в зоне висит ящик для писем и жалоб спецпрокурору. Но никто не может им воспользоваться по простой причине: бумага, всего один лист, дается только раз в неделю для письма домой.

Вдобавок выделяется определенное время, и если вы в течение этого времени не успели написать, то ее забирают обратно.

Почти все, кто попадает в «Жаслык», автоматически включаются в список постоянных нарушителей дисциплины.

Два раза в год вам вписывают дисциплинарное наказание, чтобы вы не подпали под амнистию. Чаще всего это осуществляется через определенных заключенных, которые взамен на хорошие условия содержания готовы на всё. Они и пишут «свидетельские показания» о ваших «нарушениях».

– Известно, что в те годы смертность среди заключенных «Жаслыка» была очень высокой. Какова была медицинская помощь больным?

– Как вы знаете, в каждой зоне есть свой медицинский отдел. На языке заключенных – это санчасть.

В первые годы, я имею в виду 2006-й, приходишь туда, например, с простудой – тебе дают какую-то таблетку. Рядом кто-то жалуется на позвоночник – ему выписывают ту же таблетку, у кого желудочная болезнь – тоже получает эту таблетку.

Еда была хуже некуда. Отсюда и вид у заключенных такой: худые, изможденные, с постоянным ощущением усталости.

Многие, кого этапировали в «Жаслык» из других зон, где они пробыли по пять и даже десять лет, потом говорили, что только здесь почувствовали, что являются заключенными.

Люди рассказывали, что в других зонах они выходили работать, могли пройтись по сектору, общаться с заключенными. Они всегда хранили тетрадь и ручку при себе, при необходимости могли жаловаться, а в «Жаслыке» – только четыре стены вокруг. («Жаслык» является зоной камерной системы содержания. – Прим. Ц-1).

Одним словом, «Жаслык» был местом, где физические и психологические пытки практиковались и отрабатывались в совершенстве.

– Международные правозащитные и иные организации не раз предлагали узбекистанскому руководству закрыть «Жаслык»…

– Когда эти требования усиливались, и не только по закрытию «Жаслыка», но вообще по улучшению условий содержания заключенных, в колонии постепенно становилось лучше. Тем не менее пытки сохранялись, но в завуалированном виде.

Сегодня, когда между властью и народом наблюдается определенное сближение, в обществе происходят значительные изменения, надеюсь, вопрос о возможности закрытия «Жаслыка» в ближайшее время встанет на повестке дня, и, я уверен, «Жаслык» закроется.

– И его оставят как памятник времен тоталитаризма и деспотизма, и туда можно будет организовывать экскурсии?

– И такое вполне возможно.

– Вы уже год на свободе. Как прошел этот год, какие планы на будущее?

– Мы с бывшими политзаключенными Агзамом Тургуновым и Дильмуродом Сайидом образовали неправительственную организацию «За установление справедливости». Цель – добиться пересмотра уголовных дел всех политзаключенных времен правления Ислама Каримова.

Очень надеемся на помощь нового руководства Узбекистана во главе с президентом Шавкатом Мирзиёевым. Ведь без справедливости, особенно в отношении бывших осужденных, осуществление грандиозных задач, поставленных перед узбекистанцами, невозможно.

Еще помогаю родственникам осужденных с обращениями в те или иные государственные органы с заявлениями, особенно тем, кто беспокоится за своих родных на зоне. Одним словом, правозащитную деятельность в том или ином виде продолжаю и по сей день.

– Вы – зять известного ветерана правозащитного движения Узбекистана Талиба Якубова. Будучи родом из Ферганской долины, любовь нашли в Джизаке. Как так получилось?

– Еще будучи холостяком, я стал членом Общества прав человека Узбекистана, возглавляемого в то время Талибом-ака. Поэтому нередко приходилось бывать в его доме. Когда я задумывался о женитьбе, то для себя решил, что правозащитная деятельность очень трудна и ответственна, и что у такого человека должна быть спутница жизни, понимающая эти трудности.

У Талиба-ака была дочь Азада, как никто другой знающая эти тонкости. Вот и решились. Имеем двоих детей: сына и дочь.

У Азама и Азады в Гулистане (центр Сырдарьинской области) имеется свой дом, но они живут с Талибом-ака в его доме в Джизаке.

– Это мы с Азадой так решили, и Талиб-ата (Азам слегка улыбается: «ата» («дедушка») – так в Узбекистане называют очень уважаемого человека) поддержал наше предложение. Ведь вы знаете, что Талиб-ата совсем недавно вернулся из Франции, где свыше одиннадцати лет пребывал в качестве политического беженца. Ему нужны поддержка и уход, ведь человеку без малого 80 лет.

— Заметив, что я с некоторым удивлением смотрю на холмик из тыкв во дворе дома, Азам объясняет:

«Арендовал несколько гектаров земли у фермера, вот и урожай удался на славу. Оптом просят по полторы тысячи сумов (около 17 центов) за кило. Не даем: с началом зимы тыква подорожает – тогда и реализуем. Надеюсь, получится около 15 млн заработать (1800 долларов США).

abdukasym-talib-i-tykvy
Талиб Якубов с джизакским активистом Абдулкосымом Мамарасуловым на фоне тыкв Азама Фармонова; фото: предоставлено Ц-1

Уходя из дома Талиба Чкубова и Азама Фармонова, я невольно подумал, что такие люди, как Азам, никогда не отступят от однажды избранного пути.

Ибо знают, что этот путь призван служить справедливости и добру. В конечном итоге – миру на земле.

11 с половиной лет тюрьмы – просто промежуток в жизни таких людей, как Азам. Эти годы их еще больше закаляют духом, делают их еще сильнее. Азам Фармонов – тому живой пример…

Салиджон Абдурахманов – корреспондент Ц-1 в Узбекистане

Источник:Ц-1
comments powered by HyperComments

Статьи по теме

Выбор редактора

Люди

Шахида Туляганова – о мусульманах-рохинджа: «Сконцентрированное несчастье»

Журналистка из Ташкента Шахида Туляганова работает на глобальном уровне – после съемок в Украине, Афганистане и Сирии ее последний фильм посвящен геноциду мусульман-рохинджа в Мьянме.

Мир
Люди

Азимжон Аскаров окончательно разочаровался в кыргызстанском правосудии

Адвокат и родственники осужденного на пожизненный срок правозащитника из Южного Кыргызстана Азимжона Аскарова рассказали Ц-1, почему он не подал надзорную жалобу в Верховный суд страны.

Кыргызстан
Политика

Узбекистан и Казахстан сорвали курултай «Бирдамлика» в Шымкенте

Конференц-зал шымкентской гостиницы, где сегодня должен был начаться курултай «Бирдамлика», пуст: добраться или остаться в нем не смог ни один член узбекистанского оппозиционного движения.

Узбекистан
Политика

В лидеры новой партии «Бирдамлик» будут баллотироваться четыре кандидата

На курултае «Бирдамлика» в Шымкенте 15–16 ноября состоятся выборы председателя новообразованной из движения партии, баллотируются четыре претендента: двое мужчин и две женщины.

Узбекистан

Новости из Узбекистанa

Здоровье

Казах из Узбекистана после потери детей ищет правду в посольстве РК

Медеу Шапирканов, отец малышей, скончавшихся один за другим после рождения в Зарафшане, винит в смерти двойняшек навоийских медиков, но помощи от надзорных органов РУз не дождался...

Узбекистан