Новости, аналитика и мнения
из Узбекистана

Контент

Салиджон Абдурахманов / 16 февраля 1999 года – помню тот день

В Ташкенте 16 февраля 1999 года произошли взрывы. Я находился в тысяче километров от места события. Но оно мгновенно «дошло до меня» – у моего порога стоял незнакомый человек.

Здание Кабинета министров Узбекистана после взрывов 16 февраля 1999 года; фото: госархив
Здание Кабинета министров Узбекистана после взрывов 16 февраля 1999 года; фото: госархив

С 9 до 11 часов утра по местному времени 16 февраля 1999 года в столице Узбекистана прогремели шесть взрывов, которые власти затем назовут терактом, организованным исламистами и оппозиционерами из партии «Эрк».

Я, в то время безработный учитель из Амударьинского района Каракалпакстана, не относил себя ни к тем ни к другим.

Но в тот день около 13:30 ко мне домой пришел молодой человек лет 35, в руках которого был небольшой портфель.

Представился работником Совета министров из Нукуса. Цель приезда – изучение законности выдачи различных пособий местными органами власти.

«Мы никаких пособий не получаем», – ответил я, хотя сам в то время был безработным вот уже шестой год, а семья – многодетная.

На предложение пройти к дастархану «гость из Нукуса» отказался, он сел на стул около двери.

Меня немного удивило отсутствие сопровождающего лица из махаллинского совета.

Приезжий начал интересоваться, когда я был в Ташкенте последний раз, где останавливаюсь, приехав в столицу. Спрашивал о старшем брате, который живет в Ташкенте, и младших братьях, иногда бывающих там.

«Своевременно ли получаете ответы на свои обращения в госорганы, есть ли какие жалобы?» – спрашивал он.

Жалоба, конечно, была. После 23 лет педагогической работы в школе я был вынужден написать заявление об освобождении по собственному желанию. Случилось это шесть лет назад, в 1993 году, но я никуда не обращался ни письменно, ни устно. Меня, как говорится, выжили из школы…

На вопрос «гостя» ответил только:

«Где не будет справедливости, там мира не будет».

Как эта фраза пришла в голову, до сих пор не понимаю.

Незнакомец ушел.

Вечером по телевидению сообщили о взрывах в Ташкенте.

Стало ясно, почему приходил «представитель Совмина». К тому же на следующий день несколько соседей рассказали, что тот человек заходил к ним и интересовался (до встречи со мной), как они относятся ко мне, как бы они охарактеризовали меня, нет ли чего-либо сомнительного в моем житье-бытье и т. п.

Не было сомнения, что приход незнакомца ко мне домой и вопросы к соседям связаны с ташкентскими взрывами.

Но приписать меня к террористам?.. Это в голове не укладывалось. Особенно в голове учителя русской литературы!

Нетрудно было догадаться, что я нахожусь в «черном списке» СНБ (Служба национальной безопасности).

Видимо, еще в советское время я был включен туда, в список неблагонадежных КГБ СССР, за твердую демократическую позицию.

Тогда, в 1983 году, мы, пятеро коммунистов средней школы, провели партийное собрание с повесткой дня «О недоверии вновь назначенному директору школы». Результат: двое были исключены из рядов партии, а трое получили строгие выговоры с занесением в учетную карточку.

Еще бы – ни одному коммунисту не позволено выступать против райкома партии!

Может быть, за непроведение уроков в знак протеста в последние годы той же советской власти?

Правда, часть педагогов все же не участвовали в акции, но несколько учителей, в том числе и ваш покорный слуга, три часа продержались, пока не приехали чины из райцентра.

Или за то, что в заявлении «об освобождении по собственному желанию» черным по белому написал: «По причине коррупции и протекции в органах народного образования, особенно выражающихся в подборе и назначении кадров, в системе народного образования больше оставаться не могу».

Кто знает, весьма возможно, что в список неблагонадежных я был включен за всё, вместе взятое.

Как бы там ни было, вспомнил о тех «днях темных с лучом света в конце туннеля» в эти грустные дни двадцатилетия февральских взрывов 1999 года.

Салиджон Абдурахманов – корреспондент Ц-1 в Каракалпакстане

Источник:Ц-1
comments powered by HyperComments

Статьи по теме

Общество

Галима Бухарбаева. Письмо читателям

Да, на Ц-1 будет много о «пандемии», «великой перезагрузке», то есть о планах тех, кто контролирует финансовые потоки в мире, а сегодня открыто заявил о своих претензиях на весь мир, на каждого из нас… потому что я – против, а вы?

Узбекистан

Выбор редактора

Здоровье

«Пандемическое соглашение» с ВОЗ — это государственная измена

Итальянский католический священник Карло Мария Вигано, не раз разоблачавший планы глобальной элиты, призывает страны не отдавать им контроль над здоровьем граждан, не совершать госизмены.

Мир
Политика

США как властелин инфекций, вирусов и пандемий

Чего хотят от мира США? Предложенные ими поправки в Международные медико-санитарные правила превратят ВОЗ в надзорный и карательный орган над странами без единого суверенитета в области здравоохранения.

Мир
Права человека

Вопиющее нарушение прав женщины и матери в Узбекистане

Обращение в международные и национальные организации было направлено в связи насилием над жительницей Джизака со стороны ее свекрови - члена Сената РУз и замхокима Джизакской области.

Узбекистан

Новости из Узбекистанa

Права человека

Вопиющее нарушение прав женщины и матери в Узбекистане

Обращение в международные и национальные организации было направлено в связи насилием над жительницей Джизака со стороны ее свекрови - члена Сената РУз и замхокима Джизакской области.

Узбекистан
Экономика

Навоийский «Кызылкумцемент» в условиях капитализма

Рабочие АО «Кызылкумцемент» в Навоийской области РУз лишись профилактория, молочных продуктов «за вредность», а вставшая на их защиту врач подверглась травле - с «пережитками советской эпохи» там покончено.

Узбекистан
Общество

В Каракалпакстане начался суд над врачом и исламским активистом

Дело против Алимардона Султанова рассматривает Элликалинский районный суд Каракалпакстана, врач-травматолог обвиняется в разжигании национальной розни и религиозном экстремизме, сообщает ПАУ.

Узбекистан
Права человека

Джизакская милиция темнит с похищением сына правозащитника

Ни одна из камер в Джизаке не зафиксировала 15-летнего Тимура Пулатова ни в момент похищения, ни оставления на заправке в соседнем Фаришском районе, утверждает джизакская милиция.

Узбекистан