Новости, аналитика и мнения
из Центральной Азии

Контент

Борис Шихмурадов – без вести пропавший в туркменской тюрьме

Сын Бориса Шихмурадова, бывшего главы МИД Туркменистана, находящегося в заключении с 2002 года, рассказывает о почти исчерпанных возможностях узнать хоть что-то об отце.

Байрам Шихмурадов - главный редактор сайта "Гундогар", сын Бориса Шихмурадова; фото: личный архив Шихмурадова
Байрам Шихмурадов — главный редактор сайта «Гундогар», сын Бориса Шихмурадова; фото: личный архив Шихмурадова

Бывший министр иностранных дел Туркменистана 67-летний Борис Шихмурадов, в 2001 году открыто перешедший на сторону оппозиции, а осенью 2002-го арестованный в Туркменистане по обвинению в попытке госпереворота и покушении на жизнь тогдашнего президента Сапармурата Ниязова, без вести пропал в туркменской тюрьме. В последний раз весточку о нем родные получили в 2003-м.

Международные правозащитные организации включили Шихмурадова в кампанию защиты туркменских политзаключенных «Покажите их живыми!», но власти проигнорировали эту инициативу.

Борис Шихмурадова, бывший министр иностранных дел Туркменистана выступает в ООН; фото: архив Шихмурадовых
Борис Шихмурадов, бывший министр иностранных дел Туркменистана, выступает в ООН; фото: архив Шихмурадовых

Его сын Байрам Шихмурадов, главный редактор сайта Gundogar.org, рассказывая в интервью Ц-1 о попытках узнать хоть что-то о судьбе отца, делится мнением о сегодняшнем Туркменистане и мире вокруг него.

– Байрам, есть ли хоть какие-нибудь сведения о том, где может находиться ваш отец?

– После зимы 2003-го ничего достоверного не слышали. Мы даже подали в российский суд жалобу на бездействие МИДа РФ: отец оставался гражданином России, но Москва ограничилась только официальным запросом в Туркменистан.

Рассмотрение дела тянется уже второй год – ждем решения суда, чтобы идти с ним в Европейский суд по правам человека.

На руках у нас и решение нескольких структур ООН, которые призывают Туркменистан раскрыть информацию о местонахождении отца и разрешить к нему доступ семьи и врачей. Но официальный Ашхабад делает вид, что такого человека нет и никогда не было.

– Министра Шихмурадова бросил за решетку покойный президент Сапармурат Ниязов в 2002 году. Но Ниязов умер, а о вашем отце даже неизвестно, жив ли он. Можно ли Шихмурадова назвать личным врагом Бердымухамедова?

– Конечно, он не был его врагом. В 2002 году действующий президент занимал пост министра здравоохранения и никому не мешал. К Бердымухамедову не было бы претензий, не продолжи он дело Ниязова.

Однако он не смягчил ситуацию ни в отношении отца, ни в отношении других политзаключенных. На волю вышли только несколько друзей президента или те, у кого закончился срок.

После освобождения многие живут на поселении, и с ними нет связи – их выселили из Ашхабада.

Года три назад брат отца – Константин – передал нам записку. Дядя писал, что жив и сейчас в тюрьме, но ничего о других не знает: всех держат раздельно. По слухам, периодически они оказываются в тюремной больнице, где режим посвободнее.

Такая таинственность дает почву для возникновения самых необычных слухов. Говорят, что люди, которые охраняют отца и его соратников, – не туркмены, а российские, китайские или турецкие спецназовцы.

Но как им удается добиться, чтобы такое огромное количество людей молчало, а родственники заключенных ничего не знали, – большая загадка. Мы не знаем, насколько далеко может зайти жестокость этих людей.

– Что ваш отец говорил о Бердымухамедове?

– Очень мало. Он был министром здравоохранения и носил за Ниязовым чемодан с таблетками – малозаметный персонаж, который никого не интересовал.

Бердымухамедов даже не был лечащим врачом Ниязова: за ним после шунтирования сердца следили немцы, а Бердымухамедов только организовывал их поездки. Его сила была в слабости – все недооценили решительность этого человека.

Отцу как-то стало плохо с сердцем, и он после очередной командировки слег в больницу. К нему пришел Бердымухамедов и жаловался, что Ниязов пригрозил его уволить и приказал за пару дней поставить Шихмурадова на ноги. Отец поднялся и вышел на работу: не хотел подводить коллегу.

– Кто у вас остался в Ашхабаде?

– Я всех друзей потерял: кто-то не хочет с нами общаться, кто-то попросту боится. Осталась семья моего дяди Константина: жена Айна Шихмурадова и двое ее сыновей, один из которых был осужден за умышленное убийство.

Его закрыли через несколько дней после того, как отец уехал послом в Китай – так Ниязов шантажировал подчиненного. Брат пошел играть в бильярд и в итоге оказался в тюрьме на 25 лет.

Он отсидел большую часть срока и сейчас переведен на поселение в поселок Бекдаш, что расположен на солончаках. Еще один мой двоюродный брат живет с мамой. Выезжать из Туркменистана им нельзя, но Айна и не хочет: боится, что ее потом не впустят обратно.

– А международное сообщество что-то может сделать или уже все методы испробованы?

– Центральная Азия и ее проблемы – не на повестке дня у мировых лидеров. Нашим вопросом занимаются только правозащитные организации и отделы по правам человека в МИДах.

На этом уровне мы достигли потолка: практически все правительства уже призывали Туркменистан прекратить беспредел, а имя отца упоминается в трех резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН. В прощальном выступлении на посту Генерального секретаря ООН Кофи Аннан говорил о ситуации с правами человека в Туркменистане.

Все эти разговоры – на уровне правозащитников, но ни один президент этот вопрос не поднимает. Возьмем для примера последний визит в августе Бердымухамедова в Германию – вопрос соблюдения прав человека обсуждается на уровне вторых-третьих секретарей.

Но Ангела Меркель никогда не произнесет фамилию Шихмурадов и перед президентом Туркменистана этот вопрос не поставит. Может, боится, что он развернется и уйдет, прикрыв окно для диалога.

– Боится из-за 745-километровой границы Туркменистана и Афганистана?

– Эта граница насквозь дырявая и никем не контролируется. Не может так быть, что в Афганистане стреляют, а через пару сотен метров – в Туркменистане цветут розы и поют соловьи.

Недавно глава МИД Туркменистана Рашид Мередов отправился в приграничные районы Афганистана, но его кортеж чуть не подорвался на мине, после чего он развернулся и уехал обратно.

Тем не менее европейские лидеры из Словении, Австрии, Венгрии, Латвии и другие, встречаясь с Бердымухамедовым, говорят, что Туркменистан им нужен, чтобы обеспечить энергетическую безопасность. Но где Туркменистан, где Европа, и как газ туда попадет – никто не знает.

– В каком положении сейчас экономика Туркменистана?

– Положение сильно ухудшилось. Ниязов был сиротой, у него были сын и дочь, которые с ним не жили, и жена, тоже переехавшая за границу.

А у Бердымухамедова семья – человек 80. Его родственники рвут страну на части. В Туркменистане уже есть дефицит продуктов, очереди за сигаретами, подсолнечным маслом и сахаром, не хватает муки и мяса.

Проблема Туркменистана в том, что он ничего не производит, а газовые и нефтяные поступления иссякли из-за кризиса и падения цен на мировом рынке. Так, голубое топливо уходит в Китай в счет погашения строительства трубопровода, по которому этот газ и поставляется.

Из Ирана тоже нет притока валюты – за газ они расплачиваются фруктами-овощами, запчастями к иранским грузовикам и пластиковыми тазиками. До чего дошли: муку привозят из Казахстана, а чтобы народ не тревожился, просто перебивают этикетки на свои.

Недавно Минсельхоз РК отчитался, что Туркменистан – один из крупнейших покупателей казахского репчатого лука. То есть даже лука своего в стране нет.

– Почему?

– В Туркменистане ничего не выращивают, а только строят. У туркменских властей – гигантомания в запущенной форме. Недавно открыли Ашхабадский аэропорт за 2,32 млрд долларов.

В ОАЭ есть две главные достопримечательности: 880-метровый небоскреб Бурдж Халифа и мечеть в Абу-Даби, украшенная люстрами с камнями Сваровски – в сумме стоят, как один Ашхабадский аэропорт.

Многие архитекторы говорят, что это пошло – строить аэропорт в виде птицы или здание Министерства нефтегазовой промышленности в виде зажигалки. Если оставить в стороне архитектурные изыски, то Туркменистану просто не нужен такой огромный аэропорт. Для пары тысяч пассажиров  даже старый аэропорт был очень большим.

– Если все так плохо, пойдут ли власти на отмену льгот населению?

– В существование льгот верят только иностранные журналисты. Есть нормативы: превысил – плати. Да и льготами это назвать сложно. Например, жители Туркменистана не платят за воду.

Но из 12 месяцев половину они сидят вообще без воды, а когда вода идет, то такая, что на ней лучше не готовить и даже не купаться. Газ поступает с перебоями, а соль поставляют грязную – разве что огурцы солить. В Туркменистане нет экономики – одна сплошная профанация.

– Байрам, большое спасибо за интервью, удачи вам, а также много сил и мужества!

Источник:Ц-1
comments powered by HyperComments

Статьи по теме

Политика

Таджигуль Бегмедова / Повернется ли Ашхабад лицом к своим диссидентам?

С непередаваемыми чувствами наблюдаю за происходящими в эти дни событиями в Узбекистане: за намерением пламенной активистки Мутабар Таджибаевой, журналисток Галимы Бухарбаевой и Матлюбы Азаматовой посетить родину.

Туркменистан
Общество

Причиной суицида 12-летнего туркменского школьника мог стать призыв на хлопок

В Лебапском велаяте Туркменистана 12-летний школьник свел счеты с жизнью. Родные требовали от него отправиться на сбор хлопка для небольшого заработка, сообщает Радио «Азатлык».

Узбекистан

Выбор редактора

Права человека

Новое дело против журналиста Салиджона Абдурахманова

Прокуратура Каракалпакстана начала следствие против Салиджона Абдурахманова о вымогательстве 50 тысяч сумов – почти сразу после огласки его безуспешной попытки реабилитации в Верховном суде РУз.

Узбекистан
Криминал

Примет ли генпрокурор Узбекистана обманутого индийского инвестора?

Мохамед Прем Назир 4 октября ожидает приема у генпрокурора РУз, первую попытку встретиться с ним сорвали сотрудники прокуратуры, по мнению инвестора, – в интересах обманувшего его партнера.

Узбекистан
Политика

Галима Бухарбаева / Ухаживания закончились, начались будни…

Красивые слова и обещания, а также ряд послаблений во внутренней и внешней политике позволили Шавкату Мирзиёеву упрочиться во власти в Узбекистане, теперь же в Ташкент возвращаются глухота и жесткость.

Узбекистан

Новости из Туркменистанa

Политика

Таджигуль Бегмедова / Повернется ли Ашхабад лицом к своим диссидентам?

С непередаваемыми чувствами наблюдаю за происходящими в эти дни событиями в Узбекистане: за намерением пламенной активистки Мутабар Таджибаевой, журналисток Галимы Бухарбаевой и Матлюбы Азаматовой посетить родину.

Туркменистан