Мать Одилбека Эшметова, хорезмийца, погибшего в августе от отравления в Подмосковье, хотела что-то сказать, но вместо нее все время говорил председатель махалли.
33-летний Одилбек Эшметов, житель схода граждан «Тегин» Янгиарикского района Хорезмской области, оказался одним из 26 трудовых мигрантов из Узбекистана – жертв массового отравления, произошедшего 18 августа в подмосковных Котельниках.
Но его случай оказался летальным. Он стал единственным погибшим среди отравившихся строителей из Узбекистана.
23 августа его тело было доставлено из России домой и тут же по исламским традициям предано земле. Без отца и кормильца остались двое малолетних детей.
«Бог дал – Бог взял»
Дом Одилбека – обычный, ничем не отличающийся от других. Обычная сельская улица, обычный одноэтажный дом.
Когда корреспондент Ц-1 перешагнул порог, то увидел нескольких женщин, занятых шитьем матрасов. Представившись журналистом, он сказал о цели приезда: по поводу трагической кончины 33-летнего Одилбека…
Одна из женщин не удержалась. Как оказалось, это была мать погибшего. Ее плач не нуждался в утешении: разве можно чем-то утешить мать, потерявшую сына в расцвете сил, к тому же на чужбине.
Мы сидели молча минуты три-четыре. В это время в доме появился человек, лет около 50. Он, увидев в руках журналиста блокнот, сразу начал просить его ничего не записывать.
«Бог дал – Бог взял. Мы, простые грешные, ничего не можем сделать, – говорил он машинально, как будто произносил заученный текст. – Если напишете, только хуже будет. Мы оказываем семье всю необходимую помощь».
«Какую помощь?»
Вопрос не был задан. Разве можно заменить семье сына, отца, мужа?
Мать Одилбека пересела к корреспонденту. Ее страдальческое лицо, по которому все еще текли слезы, оказалось совсем близко. Чувствовалось, она что-то хочет сказать, но не может перебороть себя.
А тот человек, хоть и с неохотой, но представившийся Бахтияром, председателем сельского схода граждан (как позже выяснилось, он был председателем домового комитета улицы), продолжал беспрерывно говорить…
«Они вам ничего не скажут», – уверенно заявил он, услышав просьбу, адресованную семье Одилбека, рассказать о погибшем, его жене и детях. При этом председатель махалли старался быть сострадающим…
На просьбу сфотографировать двух осиротевших детей Одилбека вместе с бабушкой председатель домкома также ответил отказом. Жена погибшего находилась в больнице от перенесенного потрясения.
«Всю необходимую помощь оказываем, прошу вас, не записывайте. Они не будут говорить, ушедшего не вернуть», – все повторял Бахтияр.
Председатель махалли — в ответе за всех
Оказывается, председатель сельского схода граждан работает преподавателем математики в местной школе. Учил он и Одилбека, но на просьбу корреспондента Ц-1 рассказать о школьных годах погибшего, ответил очередным отказом.
Пора было уходить. На улице председатель домкома не разрешил журналисту сфотографировать дом Одилбека, при этом он даже схватил рукой фотокамеру, показывая, что не позволит сделать снимок.
Откуда у председателя уличного комитета столь завидное упорство отвечать за всех и за все?
Граждане Узбекистана являются второй по численности группой трудовых мигрантов в России после украинцев. В 2017 году на учете в миграционной службе России числились 3,1 млн узбекистанцев.
Работа в РФ, как и путешествие до российских городов, всегда являлись риском для здоровья и жизни узбекистанцев, прежде всего – это ДТП на дорогах и плохие условия труда и проживания, которые включают низкое качество питания и санитарных норм.
Салиджон Абдурахманов – корреспондент Ц-1 в Каракалпакстане