Граница протяженностью почти в 1 000 км между Таджикистаном и Кыргызстаном наполовину не определена, дайте карты – требуют жители приграничных районов.
На таджикско-кыргызской границе произошел очередной инцидент. 10 ноября лоток водозабора на реке Исфара, который находится на территории Согдийской области Таджикистана, был сорван жителями кыргызского села Ак Суу Баткенской области Кыргызстана. Его называют «главными водными воротами» Матчинского канала.
Настоятель мечети в селе Чоркух Исфарийского района Мукаддас Сулаймонов рассказывает: «Кыргызы без нашего разрешения зашли на нашу территорию, взяли и сорвали «ворота».
На следующий день, когда жители таджикского села собрались возле головного сооружения подводящего канала Торткульского водохранилища, то услышали от кыргызов объяснение, что они хотели заменить ворота на новые.
Возмущенный настоятель говорит: «Не советовавшись с нами, менять ворота с нашей стороны? Это, конечно, не повод для конфликта, но можно же было просто посоветоваться, вести себя по-соседски».
Правила от 1982 года
Главные водные ворота Матчинского канала сооружены на реке Исфара, которая относится к бассейну Сырдарьи в Баткенской области Кыргызстана, Согдийской области Таджикистана и Ферганской области Узбекистана.
Вопрос распределения воды является предметом конфликта между жителями приграничных районов Таджикистана и Кыргызстана. До сих пор вода между странами распределяется согласно протоколу, подписанному министром мелиорации СССР в 1982 году.
Согласно протоколу, с апреля по май водой пользуется Таджикистан, с июня по октябрь – вода распределяется по процентам, с октября по апрель – 100% воды получает Кыргызстан для заполнения Торткульского водохранилища.
Руководитель водоканала джамоата Чоркух района Исфара Низомиддин Нарзибоев говорит, что с 1982 года многое изменилось, неизменной осталась норма распределения воды. В осенне-зимний период Исфара получает всего 1,5 куба из расчета санитарных условий и противопожарных мер.
А минуло 34 года
Но за минувшие годы многое что изменилось, а главное, масштабы потребления воды в регионе.
«Тогда в Баткенском районе Кыргызстана было всего 5 тысяч га орошаемых земель. Сегодня же освоено более 8 тысяч га новых, – говорит Хаит Айкынов, представитель омбудсмена Баткенской области. – Население обеих стран быстро растет. В районе Баткен при подписании протокола проживало всего 30 тысяч населения, сегодня 120 тысяч. Потребность в воде растет».
Кыргызская сторона пытается сгладить обстановку на границе, начальник Баткенского районного управления водного хозяйства Султанбек Эрматов отрицает случившийся 10 ноября конфликт: «Это все слухи простого населения».
Таджикская сторона утверждает обратное: «Конфликт из-за воды у нас возникает всегда», – говорит Розиддин Кушматов, водомер с таджикской стороны.
Местные жители на таджикской территории добавляют, что вода – не единственный источник для конфликтов. В последние годы споры и стычки возникали из-за дорог, миграционных процедур, контрабанды продуктов.
Потому что нет карт
«Все потому, что у всех разные карты, и каждый хочет доказать свою правоту», – говорит кыргыз Хаит Айкынов.
«Главная проблема не в раздаче воды, а в неопределенности границы. До сих пор спорим: чья земля? Проблему делимитации границы решают только главы государств», – согласен с ним таджик Мукаддас Сулаймонов.
Протяженность государственной границы Таджикистана с Кыргызстаном составляет примерно 987 км, половина из которой является спорной.
До независимости 1991 года соседей разделяла лишь административная граница. Только в 2000 году Кыргызстан и Таджикистан создали межправительственную Комиссию по вопросам делимитации и демаркации.
Встречи комиссии с участием представителей соответствующих профильных министерств, ведомств и отраслевых экспертов двух стран проводятся три-четыре раза в год, где обсуждаются вопросы красной линии.
Им потребовалось целых 13 лет, чтобы делимитировать более 500 км государственной границы. Новые встречи после 2013 года пока считаются безрезультатными и неэффективными.
Конфликтов не хотят, но власть не решает
«Наши деды и отцы жили вместе без конфликтов, потому что было взаимопонимание, согласие и уважение. Все делали, советуясь друг с другом. Мы тоже участвуем в совместных праздниках, свадьбах. Мы всегда готовы к сотрудничеству», – говорит Низомиддин Нарзибоев.
Настоятель мечети Сулаймонов добавляет от себя, что местная власть в Таджикистане не способна снабдить людей необходимой информацией.
«Не дает нам на руки карту, на которую мы должны ссылаться. Даже таджикские журналисты очень пассивны. Лично я ни разу не видел, когда приходили таджикские СМИ, чтобы освещать те проблемы и конфликты, которые здесь происходят. И помогать их разрешению. А с кыргызской стороны все наоборот: чуть что – все СМИ здесь, все органы здесь. Отсюда и неуверенность на наших лицах, незащищенность», – говорит он.