Ташкентская журналистка Малохат Эшанкулова получила оценку стоимости конфискованных у нее вещей, где не оказалось части суммы, которая должна была попасть в доход государства.
В списке конфискованного по решению суда имущества журналистки Малохат Эшанкуловой особняком указано два предмета, изъятых 5 декабря 2013 года Учтепинским РУВД и тогда же забранных судоисполнителями Учтепинского района, – это сотовой телефон и профессиональная фотовидеокамера.
Сотовый телефон, по словам Эшанкуловой, она купила за копейки, зато видеокамера Canon стоила, да и стоит сейчас, одну тысячу долларов (8 млн сумов).
Спустя два года судоисполнители оценили эти предметы в 488 тысяч сумов. Но этих денег почему-то не обнаружилось в цифрах, переданных судоисполнителями в бюджет.
Три штрафа за протесты
Учтепинский отдел Бюро принудительного исполнения – так теперь называется служба судоисполнителей, в своем недавнем письме Эшанкуловой в ответ на ее обращение в виртуальную приемную президента указал, за что она подверглась конфискации имущества.
Что в первый раз суд назначил ей штраф 29 июля 2011 года. Сумма штрафа составила 2 млн 984 тысячи 100 сумов.
Как поясняет Эшанкулова, тогда ее оштрафовали за пикет в День журналистики: она протестовала против своего незаконного увольнения с Гостелерадио Узбекистана.
Следующий штраф в сумме 5 млн 33 тысячи 600 сумов был назначен 12 июня 2012 года. По словам Малохат, в этот день она вместе с другими правозащитниками пикетировала посольство КР в Ташкенте. Пикет был приурочен ко второй годовщине межэтнической резни на юге Кыргызстана.
Потом был штраф от 6 сентября 2013 года. В тот день Эшанкулова собиралась в городе Карши быть наблюдателем по проведению пикета в защиту 70-летнего Хасана Чориева, обвиненного по ложному доносу в изнасиловании.
Малохат успела только открыть дверь микроавтобуса, чтобы взять видеокамеру, как подверглась нападению неизвестных женщин.
Те вдребезги разбили аппаратуру и так избили правозащитницу, что она вместе с коллегой Еленой Урлаевой лежала в местной больнице.
За то, что журналистку избили, ее же и оштрафовали. Сумма штрафа составила 5 млн 969 тысяч 250 сумов.
Кроме того, 29 августа 2013 года судоисполнители наложили свой собственный штраф «за несвоевременное погашение штрафов» в сумме 950 тысяч 300 сумов.
Итого, журналистку в общей сложности штрафовали четыре раза, и общая сумма штрафов составила 15 млн 42 тысячи 112 сумов (чуть меньше двух тысяч долларов).
Врывались в квартиру при помощи МЧС
В том же письме отдела Учтепинского отдела Бюро принудительного исполнения указано, как и когда взыскивались штрафы с Эшанкуловой.
В первый раз это произошло 6 ноября 2012 года в ее квартире на 23-м квартале массива «Чиланзар» в Ташкенте. Тогда было изъято 12 предметов, относящихся к оргтехнике, в том числе стационарный компьютер, компьютерная видеокамера, 2 ноутбука, фотовидеокамера, телевизор, 2 сотовых телефона.
Эти предметы были оценены фирмой MASTER EKSPERT на сумму 2 млн 75 тысяч сумов. В бюджет государства попало 2 млн 195 тысяч 755 сумов. 554 245 пошли в пользу оценщиков и магазина.
Судоисполнители посещали журналистку еще несколько раз.
30 марта 2016 года они ворвались в дом зятя Эшанкуловой на квартале 20а «Чиланзара» и забрали семь ценных предметов, оцененных на 2 млн 564 тысячу сумов. В госбюджет за вычетом услуг оценщиков и магазина было внесено 2 млн 304 тысячи 881 сум.
В следующий раз судоисполнители также «пощипали» зятя Малохат на квартале 20а. 28 июля 2017 года они ворвались в квартиру с помощью МЧС и забрали шесть предметов, которые фирма «ЭКСПО МАХ» оценил всего в 178 тысяч сумов. В бюджет было внесено 160 тысяч 200 сумов.
События 5 декабря 2013 года Эшанкулова выделяет особо. В тот день она собралась на Алайском базаре в Ташкенте фотографировать правозащитников, пришедших на акцию оппозиционного движения «Бирдамлик» в честь Дня Конституции Узбекистана.
При этом, как утверждает журналистка, камера была абсолютно новой. И она взяла ее с собой первый раз.
Правоохранители тогда разогнали оппозиционеров и правозащитников и отвезли Малохат в Учтепинское РУВД (районное управление внутренних дел).
В десять вечера туда пришли судоисполнители, милиция передала им профессиональную камеру Canon и сотовый телефон.
В чем ошибка судоисполнителей?
Вот именно в этом эпизоде и кроется ошибка, которую, как считает Эшанкулова, допустили судоисполнители в своем письме.
Как в нем указано, что через два года, 28 апреля 2015 года, фирма MASTER EKSPERT оценила фотовидеокамеру и сотовый телефон журналистки в 448 тысяч 800 сумов.
Однако в письме указано, что у журналистки осталась задолженность в 10 миллионов 367 тысяч 783 сума.
По словам Малохат, разница составляет 448 тысяч 800 сумов – как раз ту сумму, в которую фирма MASTER EKSPERT оценила новенькую профессиональную камеру и сотовый телефон Эшанкуловой. Спрашивается, куда делись эти деньги?
Журналистка-правозащитница предполагает, что дорогая фотовидеокамера и сотовый телефон были просто присвоены судоисполнителями. По этому поводу Эшанкулова написала жалобу в Генпрокуратуру в начале января этого года. А та переслала ее все в тот же отдел Бюро принудительного исполнения Учтепинского района.
В итоге 9 января судоисполнители прислали ответ, сообщающий, что сумма оставшегося долга составляет 10 256 144 сума. Получается, судоисполнители сняли в пользу журналистки 100 тысяч сумов.
Театр беззакония
Малохат считает, что в этой истории все выглядит незаконным, начиная со штрафов, которые назначались по 201-й статье Кодекса об административной ответственности, и заканчивая действиями судоисполнителей.
201-я статья запрещает только проведение массовых мероприятий без разрешения, а никак не одиночные пикеты. Про них в законе ничего не говорится.
Штрафы, по мнению Эшанкуловой, имели исключительно политический подтекст.
Да и взыскивали штрафы с Эшанкуловой тоже незаконно. Возьмем тот же Кодекс об административной ответственности.
Согласно статье 330 – «Давность исполнения постановления о применении административного взыскания», «не подлежит исполнению постановление о применении административного взыскания, если оно не было обращено к исполнению в течение трех месяцев со дня вынесения».
Таким образом, по закону штрафы должны были давно списать.