ГКНБ в таджикском Кулябе конфисковал документы у матери и дочери скрывающейся в Польше правозащитницы Шабнам Худойдодовой, препятствуя их встрече.
Активистка из Таджикистана Шабнам Худойдодова, оказавшаяся в изгнании в Польше, просит о помощи в воссоединении с родными – престарелой матерью и девятилетней дочерью, чему грубо воспрепятствовали власти страны.
По словам Худойдодовой, под Новый год в дом ее матери в Кулябе пришли четверо сотрудников Государственного комитета национальной безопасности (ГКНБ), которые затем доставили всех ее родных в городское отделение милиции.
«Мама рассказывала, что в кабинете сидели люди из ГКНБ, МВД и прокуратуры и оскорбляли, унижали и запугивали ее», – говорит Худойдодова.
Сотрудники правоохранительных органов приказали пожилой женщине отдать имевшиеся у нее документы, удостоверяющие личность. Звучали угрозы, что, если она попытается вывезти из страны внучку, их задержат, обреют наголо голову и осудят на пожизненный срок.
Отобрав паспорт женщины и свидетельство о рождении внучки, силовики заставили мать активистки написать так называемую доверенность, что она никому не отдаст внучку.
«Получается, что я смогу вернуть свою дочь только с разрешения спецслужб Таджикистана, – жалуется Шабнам, но добавляет, что все равно будет добиваться воссоединения со своей дочерью. – То, что может дать ребенку мама не сможет дать даже Эмомали Рахмон».
Власти мстят за протесты в Варшаве
Эксперты отмечают, что давление на родственников оппозиционеров в Таджикистане усилилось после конференции Организации по сотрудничеству и безопасности в Европе (ОБСЕ) по человеческому измерению, прошедшей в сентябре 2016 года в Варшаве.
Во время работы конференции ОБСЕ таджикские активисты и оппозиционеры устроили пикет, обращая внимание на положение с политическими и гражданскими правами в Таджикистане, что возмутило официальную делегацию и власть в Душанбе.
Стив Свердлов, исследователь в Центральной Азии правозащитной организации Human Rights Watch рассказал Ц-1, что после мирных протестов в Варшаве родственники многих активистов были задержаны.
«Толпы людей врывались в дома родственников активистов, устраивали самосуды, у многих людей изъяли имущество, у активиста ПИВТ (Партия исламского возрождения Таджикистана) Илхумжона Якубова пропал брат», – перечисляет Свердлов.
По его словам, случай с дочерью Шабнам – один из самых вопиющих, поскольку касается девятилетнего ребенка и пожилой женщины.
«Эти средневековые методы воздействия на противников режима должны осудить правозащитные организации и дипкорпус. Надо помочь воссоединению мамы с дочкой – это вопрос гуманитарный, а не политический, и президент Таджикистана должен принять адекватное решение», – резюмировал Свердлов.
Фатиму уже били за маму
Худойдодова также участвовала в конференции ОБСЕ. Во время заседания она была среди 20 человек, надевших футболки с портретами политзаключенных, которые попали в тюрьму Таджикистане в 2016 году. Она также выступила на конференции, рассказав о правонарушениях в стране.
Через три дня после этого ее дочь в Кулябе подверглась экзекуции – перед школой ее окружила толпа людей, начавших оскорблять, а затем бить.
С трудностями столкнулась в Таджикистане миссия ОБСЕ, власти страны до сих пор не продлили мандат на работу организации в 2017 году, сократив ее деятельность до административной.