«Это ваш последний вопрос?» – трижды спросил директор HRW по Европе и ЦА, находя сложным интервью о позиции его организации на фабрикацию свидетельства об Андижане.
Галима Бухарбаева
Интервью с директором правозащитной организации Human Rights Watch (HRW) по странам Европы и Центральной Азии Хью Уильямсоном оставляет неприятный осадок.
Сам в прошлом британский журналист, Уильямсон крайне раздраженно отвечает на вопросы, порой срывается на крик, а затем начинает грубо переспрашивать: «Это ваш последний вопрос?» – не видя ни легитимности, ни естественности проводившегося интервью.
Так работает пресса: громкое разоблачение ведет к сбору мнений и выработке позиций, особенно тех, кто был близок, выступал партнером, как в случае с Human Rights Watch.
Напротив, Уильямсон пытается повесить вину на журналиста, высказывая претензии по поводу уже опубликованных материалов: почему привели мнение одних, а не других? Почему не обратились за комментарием к нему, в то время находившемуся в пути и писавшему, что не может ответить до возвращения в Берлин?
Предмет раздражения представителя Human Rights Watch – разоблачение Ц-1 фабрикации свидетельства Андижанской бойни 13 мая 2005 года базирующейся во Франции ассоциацией «Права человека в Центральной Азии», и задаваемые вопросы о позиции его организации на сей счет.
«Фабрикация» – это ваш язык», – заявляет Уильямсон на бесспорное утверждение, что глава вышеназванной ассоциации Надежда Атаева выдумала от начала до конца историю о «патологоанатоме из Андижана», выдав за него учителя из Коканда, не имевшего никакого отношения к тем трагическим событиям.
Но на последующий вопрос, что он тогда думает об истории с фейковым патологоанатомом?» – Уильямсон отвечает: «Мы не комментируем».
Human Rights Watch была одной из многих авторитетных правозащитных организаций, принявших участие в презентации фильма Атаевой с фейковым свидетелем Андижанской бойни, состоявшейся в Европейском парламенте в Брюсселе в мае 2010 года.
Но, по словам Уильямсона, его организация не несет ответственность за материалы других, так как Human Rights Watch участвует в десятках и сотнях конференций и встреч.
Он подчеркивает, что его коллеги не имели никакого отношения к отчету Атаевой, в их докладе об Андижанской бойне присутствуют другие источники, и они руководствовались собственными методами сбора информации.
«Но сознательная ложь и фабрикация свидетельства об Андижане угрожают всем собранным ранее доказательствам, ставят под вопрос их достоверность?» – звучит вопрос.
«Без комментариев», – заявляет Уильямсон.
Особенно болезненно реагирует директор Human Rights Watch, когда разговор заходит о представителе организации в Центральной Азии Стиве Свердлове, на протяжении многих лет являющегося одним из близких партнеров Надежды Атаевой.
«Мы будем стоять за своего эксперта», – режет он.
По его словам, именно Свердлова организация рассматривает в качестве кандидата для отправки в Ташкент, где после семи лет отсутствия правозащитники получают возможность для возобновления легальной работы и открытия офиса.
На вопросы, почему Свердлов за последние годы сузил круг своего сотрудничества до мизерного количества активистов, но в нем, естественно, была Атаева, почему не реагировал на гибель политзаключенных в тюрьмах, убийства под пытками при задержании, что не могло пройти мимо внимания его предшественников из HRW, Уильямсон отвечает так: «Это ваш последний вопрос?»
Затем он произнесет эту фразу как минимум дважды.
Хью Уильямсон и Стив Свердлов побывали в Узбекистане со 2 по 9 сентября. Во время встреч с представителями узбекистанской власти и гражданского общества они говорили о нарушениях прав человека и презентовали себя и свою организацию как критический, но объективный голос, который поможет стране соответствовать взятым на себя международным обязательствам в области прав человека.
Очевидно, что Уильямсон и Свердлов – это действительно только голос, но ни в коем случае не уши, способные слышать и воспринимать правду и критику со стороны.
Галима Бухарбаева – главный редактор Ц-1